Сайт использует cookie-файлы. Оставаясь на сайте, вы даете свое согласие на обработку персональных данных в порядке, указанном в Политике конфиденциальности.
«Носимое искусство»: основатели брендов — о работе с художниками и поиске новых смыслов
Фото: lummi.ai
Редакция INTRO неустанно восхищается российскими брендами. Команды обращаются к вечному искусству, живо взаимодействуют с современными художниками, иллюстраторами и тату-мастерами (предварительно сделав татуировки в их салоне). И создают полноценные арт-объекты, будь то свитер с разноцветными пятнами в стиле абстракциониста Гюнтера Ферга или шелковый платок, который висит на стене вместо картины. Поговорили с основателями брендов о творчестве, сарказме и Бабе-яге.
Анна Братанова — дизайнер и основательница бренда Eve&Esther
В основе ДНК бренда лежит идея «носимого искусства» — команда на постоянной основе работает с художниками и иллюстраторами. Илья Кутобой, например, нарисовал для коллаборации с Таней Либерман девушек (ранее была «Абстракция» в его исполнении), а Витя Фицнер создал принт God save the princess, пушистых черных котиков и уже знакомую многим «Шальную принцессу».
Из чего состоит процесс работы с художниками?
Выбор происходит интуитивно и основывается на моем внутреннем восприятии стиля и ритма художника, соприкасаемся ли мы в плане эстетики. Важно, что художник передает в своих работах. Если я вижу сопряжение этих основных факторов (стилистика графики, концепция, если он работает в определенном направлении, энергетическая связь во время личного знакомства), то это идеальное совпадение. Важно срастись.
В основе ДНК бренда лежит идея «носимого искусства» — команда на постоянной основе работает с художниками и иллюстраторами. Илья Кутобой, например, нарисовал для коллаборации с Таней Либерман девушек (ранее была «Абстракция» в его исполнении), а Витя Фицнер создал принт God save the princess, пушистых черных котиков и уже знакомую многим «Шальную принцессу».
Из чего состоит процесс работы с художниками?
Выбор происходит интуитивно и основывается на моем внутреннем восприятии стиля и ритма художника, соприкасаемся ли мы в плане эстетики. Важно, что художник передает в своих работах. Если я вижу сопряжение этих основных факторов (стилистика графики, концепция, если он работает в определенном направлении, энергетическая связь во время личного знакомства), то это идеальное совпадение. Важно срастись.
Анна Братанова с мамой
Есть много художников, с которыми мы стартовали и так и не выросли, не завершили сотрудничество. Так, например, мы с моей многоуважаемой и довольно близкой знакомой Ульяной Подкорытовой запланировали коллекцию, к которой я очень долго шла. Мы начали, но на этапе эскизов процесс заморозился. Бывает такое, изделия не рождаются или им нужно больше времени «помариноваться» для того, чтобы появиться на свет. Поэтому это процесс творческий как со стороны художника, так и со стороны создателя (бренда).
А что происходит дальше, если вот это совпадение случается?
Мы переходим к теме. Она появляется от художника, если он изначально приходит как бы со своим заявлением, либо рождается концептуально от нас. Что бы мы хотели получить как заказчики, какой смысл, сюжет, проблему хотели передать, раскрыть это через графику или историю в рисунке. Процесс создания принтов происходит индивидуально. Это как живой организм: каждый принт по-своему рождается и трансформируется. Часто бывает, что мы запланировали идти по одной колее, а выходим в совершенно другую историю реализации. Это тоже путь поиска, творческий процесс.
Поэтому невозможно дать точную формулировку, как это происходит. Начинается все, опять же, с поиска. Что нравится, хочется сделать, ориентируемся на состояние рынка. Мы как бренд выбираем, с каким направлением изделий, тканями хотели бы поработать, с чем можем или с чем не умеем, но хотели бы научиться. Путь создания начинается в соединении с рукой мастера.
Мы переходим к теме. Она появляется от художника, если он изначально приходит как бы со своим заявлением, либо рождается концептуально от нас. Что бы мы хотели получить как заказчики, какой смысл, сюжет, проблему хотели передать, раскрыть это через графику или историю в рисунке. Процесс создания принтов происходит индивидуально. Это как живой организм: каждый принт по-своему рождается и трансформируется. Часто бывает, что мы запланировали идти по одной колее, а выходим в совершенно другую историю реализации. Это тоже путь поиска, творческий процесс.
Поэтому невозможно дать точную формулировку, как это происходит. Начинается все, опять же, с поиска. Что нравится, хочется сделать, ориентируемся на состояние рынка. Мы как бренд выбираем, с каким направлением изделий, тканями хотели бы поработать, с чем можем или с чем не умеем, но хотели бы научиться. Путь создания начинается в соединении с рукой мастера.
Кажется, что основное вдохновение бренда — сказки. Дракон выпускает огонь, Принцесса варит зелье и сбегает с урока этикета, Принц подрезает волосы Рапунцель на растущую луну, пушкинский Кот играет в карты, а Баба-яга с Кощеем летают на метле. И все это происходит на одежде…
Действительно, основное вдохновение бренда — это сказки. Мир бренда концептуально начинался со сказочных героинь и классических сказок, которые пришли из детства. Но мы немного трансформировались и постепенно ушли в эклектику смешения классической сказки с нашей интерпретацией. Да, мы верим в то, что, действительно, в каждом человеке есть потоки различных фантазий. Единственное, что, наверное, объединяет все коллекции и принты, — это сарказм и сказочность. Мы часто прибегаем к классическим героям сказок: Бабе-яге, Кощею. Любим размышлять, как они меняются, какими они могли бы быть в современном мире или наших фантазиях. Мы соединяем различные сказки, путешествия по фантазийному миру.
Действительно, основное вдохновение бренда — это сказки. Мир бренда концептуально начинался со сказочных героинь и классических сказок, которые пришли из детства. Но мы немного трансформировались и постепенно ушли в эклектику смешения классической сказки с нашей интерпретацией. Да, мы верим в то, что, действительно, в каждом человеке есть потоки различных фантазий. Единственное, что, наверное, объединяет все коллекции и принты, — это сарказм и сказочность. Мы часто прибегаем к классическим героям сказок: Бабе-яге, Кощею. Любим размышлять, как они меняются, какими они могли бы быть в современном мире или наших фантазиях. Мы соединяем различные сказки, путешествия по фантазийному миру.
Тема сказок у нас трансформируется даже в таких концепциях, как «Москва и москвичи» по произведению Владимира Гиляровского, которую мы брали в коллекцию двухлетней давности. Мы придумали историю, куда был интегрирован тот же сказочный персонаж кот Бегемот, который путешествует на самокате, олицетворяя доставщиков нашего города. Сделано это было с помощью витража — взяли из церковного направления. Также мы соединили мозаику и городской теггинг, который нарисован у нас везде, преимущественно на заборах. В разрезе теггинга взяли название улиц, которые мы обозначили как «Площадь стиля» и «Аллея славы». Мы всегда пытаемся найти это соединение через юмор — он спасет мир. И мы на него уверенно опираемся, все наши идеи прорастают из ямы юмора в хорошем смысле.
Катя Киндрась — сооснователь и креативный директор MIRSTORES
Свитеры бренда — полноценные арт-объекты, вдохновленные цветовым полем Марко Ротко, абстракцией Гюнтера Ферга и Сони Делоне. А еще у MIRSTORES есть вязаные сумки в виде овечек, которые хочется беречь и выставлять на полке в качестве музейных экспонатов.
Катя Киндрась
По какому принципу выбираете работы художников для вдохновения?
Нет определенного принципа, которым мы руководствуемся при выборе. Что-то встречается случайно, что-то мне нравится давно, и в какой-то момент я решаю это использовать в дизайне. Я много лет изучала историю костюма, живопись, абстрактное искусство, во время каждого путешествия обязательно посещаю местный музей. Так сформировалась, можно сказать, коллекция того, что мне нравится и что мы в первую очередь переносим на свитеры.
Нет определенного принципа, которым мы руководствуемся при выборе. Что-то встречается случайно, что-то мне нравится давно, и в какой-то момент я решаю это использовать в дизайне. Я много лет изучала историю костюма, живопись, абстрактное искусство, во время каждого путешествия обязательно посещаю местный музей. Так сформировалась, можно сказать, коллекция того, что мне нравится и что мы в первую очередь переносим на свитеры.
А благодаря чему штрихи с полотен так легко и гармонично переносятся на изделия?
В первую очередь благодаря нашему опыту и мастерству команды. Мы уже 10 лет работаем с разными техниками вязания и вышивки, ориентируемся в них, можем найти подходящую под дизайн технику. Иногда дизайн и вовсе начинается с какого-то узора или метода вязания, от которого рождается дальнейшая идея. Например, он напоминает стиль или манеру какого-то художника. У меня часто работает так, что техническая деталь дает вдохновение и навевает ассоциации с предметом искусства.
Допустим, когда мы делали кардиган по творчеству Сони Делоне, я вспомнила про прием с повторяющимися элементами, который часто встречается в ее работах. И мы нашли в образцах, на которых регулярно пробуем и тестируем разные виды вязки и узоров, подходящую форму. Нам показалось, что широкая палитра пряжи очень точно и красиво передаст ее технику. Поэтому очень часто все начинается с технической части, а не эстетической.
В первую очередь благодаря нашему опыту и мастерству команды. Мы уже 10 лет работаем с разными техниками вязания и вышивки, ориентируемся в них, можем найти подходящую под дизайн технику. Иногда дизайн и вовсе начинается с какого-то узора или метода вязания, от которого рождается дальнейшая идея. Например, он напоминает стиль или манеру какого-то художника. У меня часто работает так, что техническая деталь дает вдохновение и навевает ассоциации с предметом искусства.
Допустим, когда мы делали кардиган по творчеству Сони Делоне, я вспомнила про прием с повторяющимися элементами, который часто встречается в ее работах. И мы нашли в образцах, на которых регулярно пробуем и тестируем разные виды вязки и узоров, подходящую форму. Нам показалось, что широкая палитра пряжи очень точно и красиво передаст ее технику. Поэтому очень часто все начинается с технической части, а не эстетической.
Вы сотрудничаете с художниками или сами создаете все принты?
Нет, все изделия как визуально, так и технически разрабатываются нашей командой.
Расскажите подробнее про вашу фирменную технику «рисунок поверх рисунка». Как она тестировалась?
В 2019 году мы готовились к очередной Неделе моды. Тогда у нас была сильная линейка базовых свитеров, но не хватало такого вау-продукта, который обращал бы на бренд большее внимание. Через обсуждения и поиски появилась идея поработать с тем проверенным продуктом, который уже есть. Нас устраивала пряжа, посадка, техническая реализация классических свитеров, не хватало только цепляющей детали. И мы придумали добавить поверх узора вязки свитера дополнительные яркие акценты.
Нет, все изделия как визуально, так и технически разрабатываются нашей командой.
Расскажите подробнее про вашу фирменную технику «рисунок поверх рисунка». Как она тестировалась?
В 2019 году мы готовились к очередной Неделе моды. Тогда у нас была сильная линейка базовых свитеров, но не хватало такого вау-продукта, который обращал бы на бренд большее внимание. Через обсуждения и поиски появилась идея поработать с тем проверенным продуктом, который уже есть. Нас устраивала пряжа, посадка, техническая реализация классических свитеров, не хватало только цепляющей детали. И мы придумали добавить поверх узора вязки свитера дополнительные яркие акценты.
Думаю, это в каком-то смысле стало переломным моментом для бренда. Тогда мы поняли, что не всегда нужно создавать уникальный продукт с нуля, иногда можно взять за основу то, что проверено и любимо годами, и добавить новый взгляд, дизайнерское решение или уникальную деталь.
Основатели бренда First in Space — Поля Мещерякова и Денис Степанян
Над созданием принтов для изделий работают дизайнеры, художники, иллюстраторы, тату-мастера и иногда даже подписчики. При создании коллекции с Кириллом Кто (Лебедевым), например, команда взяла отдельные элементы из его работ («клетку», «глаза», «самолазку») и перенесла на футболку, шорты, ремень.
Над созданием принтов для изделий работают дизайнеры, художники, иллюстраторы, тату-мастера и иногда даже подписчики. При создании коллекции с Кириллом Кто (Лебедевым), например, команда взяла отдельные элементы из его работ («клетку», «глаза», «самолазку») и перенесла на футболку, шорты, ремень.
Поля Мещерякова и Денис Степанян
Как происходит этот процесс, как складывается полноценная картинка?
Не бывает единого подхода. Есть капсулы, которые придумываются внутри бренда: это уже отлаженная работа команды дизайн-бюро, в нем трудятся бок о бок дизайнеры по силуэтам и дизайнеры по принтам. Работа над совместными коллекциями складывается по-разному. Например, наши любимые коллаборации — с Андреем Кичатым и Кириллом Кто. Это близкие нам по духу и видению мира люди. Мы вместе придумывали, какие вещи создадим.
Клетка Кирилла не «переносилась», а была нарисована художником в качестве одного из основных элементов совместно создаваемых изделий. Кирилл сделал около четырех десятков паттернов клетки, а потом мы вместе выбрали наиболее подходящие.
Андрей Кичатый — человек из мира татуировки и основатель группы Ochag, поэтому в совместном проекте присутствует эстетика татуировки и блэк-метал. Андрей придумал и некоторые идеи по самим изделиям (широкие штаны в леопардовом темном принте, ставшие бестселлером). То есть в этих коллаборациях был мощный процесс совместного творчества. А какие-то художники просто отдают свои произведения в наше полное распоряжение, и мы уже исходя из видения делаем капсулу.
Не бывает единого подхода. Есть капсулы, которые придумываются внутри бренда: это уже отлаженная работа команды дизайн-бюро, в нем трудятся бок о бок дизайнеры по силуэтам и дизайнеры по принтам. Работа над совместными коллекциями складывается по-разному. Например, наши любимые коллаборации — с Андреем Кичатым и Кириллом Кто. Это близкие нам по духу и видению мира люди. Мы вместе придумывали, какие вещи создадим.
Клетка Кирилла не «переносилась», а была нарисована художником в качестве одного из основных элементов совместно создаваемых изделий. Кирилл сделал около четырех десятков паттернов клетки, а потом мы вместе выбрали наиболее подходящие.
Андрей Кичатый — человек из мира татуировки и основатель группы Ochag, поэтому в совместном проекте присутствует эстетика татуировки и блэк-метал. Андрей придумал и некоторые идеи по самим изделиям (широкие штаны в леопардовом темном принте, ставшие бестселлером). То есть в этих коллаборациях был мощный процесс совместного творчества. А какие-то художники просто отдают свои произведения в наше полное распоряжение, и мы уже исходя из видения делаем капсулу.
В изделиях много авангарда: что-то от Шагала, Петрова-Водкина, Кандинского. Мы правильно интерпретировали принты? Какими художниками или течениями вы вдохновляетесь? И кто из актуальных авторов нравится сейчас?
Мы не ограничиваем себя эпохами и жанрами, так как сами одинаково любим эпоху Возрождения и нью-йоркское граффити 80-х годов прошлого столетия, московских концептуалистов и французских импрессионистов. Наша личная коллекция работ состоит из художников отечественной уличной волны. У нас есть работы Валерия Чтака, Кирилла Кто, Vavbear, Хуха, Олега Кузнецова, Bezora, Василия Базелевса, Максима Имы, Турбена, Ялты 1970...
Мы не ограничиваем себя эпохами и жанрами, так как сами одинаково любим эпоху Возрождения и нью-йоркское граффити 80-х годов прошлого столетия, московских концептуалистов и французских импрессионистов. Наша личная коллекция работ состоит из художников отечественной уличной волны. У нас есть работы Валерия Чтака, Кирилла Кто, Vavbear, Хуха, Олега Кузнецова, Bezora, Василия Базелевса, Максима Имы, Турбена, Ялты 1970...
Выбор зависит от первоначальной темы коллекции или вы изначально отталкиваетесь от стиля художника и его работ, а тема и наполнение рождаются в процессе сотрудничества?
Возможны любые варианты. С Кириллом Кто просто хотелось сделать что-то совместное. Прежде чем предложить сотрудничество Андрею Кичатому, мы познакомились с ним самым честным образом: мы с Полей записались на сеанс и сделали у него несколько татуировок. В процессе, который занял часов пять, мы поняли, что Андрей не только классный тату-мастер и художник, но и, что называется, наш человек. Представились ему после сеанса и решили вместе что-то сделать. При этом у нас в архиве была капсула «Возрождение», и там уже сам выбор темы был обусловлен интересом и уважением к творчеству художников того периода.
Возможны любые варианты. С Кириллом Кто просто хотелось сделать что-то совместное. Прежде чем предложить сотрудничество Андрею Кичатому, мы познакомились с ним самым честным образом: мы с Полей записались на сеанс и сделали у него несколько татуировок. В процессе, который занял часов пять, мы поняли, что Андрей не только классный тату-мастер и художник, но и, что называется, наш человек. Представились ему после сеанса и решили вместе что-то сделать. При этом у нас в архиве была капсула «Возрождение», и там уже сам выбор темы был обусловлен интересом и уважением к творчеству художников того периода.
Екатерина Новак — основатель бренда Conso
В преддверии 8 Марта бренд выпустил платок в коллаборации с художницей Евгенией Скубиной, которая изобразила три поколения женщин и их преемственность. А в прошлом году — платок с парящими балеринами в соавторстве с Анной Сладковой и Askeri Gallery.
Станет ли практика работы с художниками традицией?
Это направление родилось как смелый эксперимент только в прошлом году. Нам близка эстетика ткани: ее пластика, то, как она пропускает свет и как на ней раскрывается глубина художественного пигмента. Мы решили попробовать объединить два мира, и результат вызвал у всей команды и наших клиентов искренний восторг. Мы увидели, какую мощную энергию привносит авторское видение в повседневные изделия.
Екатерина Новак
Как происходил процесс сотрудничества?
Сотрудничество с художниками — это не просто принт или механическое нанесение логотипа. Это всегда глубокое исследование того, как мода может выйти за рамки утилитарности и стать высказыванием. Принцип отбора художников строится на двух столпах: визуальный резонанс и сила сообщества. Мы намеренно фокусируемся на молодых художниках с узнаваемым авторским кодом. Нам важно, чтобы эстетика автора не «спорила» с архитектурой наших вещей, а вступала с ними в осознанный диалог. А еще чтобы за объектом стоял живой человек, чьи ценности откликаются его последователям так же сильно, как нам — его искусство.
Сотрудничество с художниками — это не просто принт или механическое нанесение логотипа. Это всегда глубокое исследование того, как мода может выйти за рамки утилитарности и стать высказыванием. Принцип отбора художников строится на двух столпах: визуальный резонанс и сила сообщества. Мы намеренно фокусируемся на молодых художниках с узнаваемым авторским кодом. Нам важно, чтобы эстетика автора не «спорила» с архитектурой наших вещей, а вступала с ними в осознанный диалог. А еще чтобы за объектом стоял живой человек, чьи ценности откликаются его последователям так же сильно, как нам — его искусство.
Техническое задание для художника или свободное творчество?
Наш процесс — это кураторский подход, а не производственная задача. Мы даем художнику «холст» (ДНК, наши формы и материалы) и предлагаем полную свободу интерпретации. Мы ценим именно этот свежий, иногда неожиданный взгляд со стороны. Происходит поиск общих символов.
В результате вещь перестает быть просто предметом гардероба и превращается в коллективный арт-объект. Такой подход требует смелости, но именно отсутствие жестких рамок позволяет создавать продукты, которые вызывают эмоции, а не просто закрывают потребность в покупке.
Наш процесс — это кураторский подход, а не производственная задача. Мы даем художнику «холст» (ДНК, наши формы и материалы) и предлагаем полную свободу интерпретации. Мы ценим именно этот свежий, иногда неожиданный взгляд со стороны. Происходит поиск общих символов.
В результате вещь перестает быть просто предметом гардероба и превращается в коллективный арт-объект. Такой подход требует смелости, но именно отсутствие жестких рамок позволяет создавать продукты, которые вызывают эмоции, а не просто закрывают потребность в покупке.
Не планируется ли выпуск изделий с рисунками художников?
Прямо сейчас завершаем работу над новой коллекцией, которая для всей команды стала личным проектом. Она посвящена нашим корням, истории и поиску подлинной идентичности. Это возвращение к истокам через призму современной моды. Именно в этой капсуле мы выходим за привычные рамки: принты перестают быть прерогативой только аксессуарной группы.
В коллекции впервые появятся полноценные изделия с принтом. Это наш способ переосмыслить ДНК бренда и показать, что базовые формы могут существовать в сложном, многослойном орнаментальном контексте. Так что да, мы готовы к новому «принтованному» высказыванию, и это будет красивая, наполненная смыслами история.
Прямо сейчас завершаем работу над новой коллекцией, которая для всей команды стала личным проектом. Она посвящена нашим корням, истории и поиску подлинной идентичности. Это возвращение к истокам через призму современной моды. Именно в этой капсуле мы выходим за привычные рамки: принты перестают быть прерогативой только аксессуарной группы.
В коллекции впервые появятся полноценные изделия с принтом. Это наш способ переосмыслить ДНК бренда и показать, что базовые формы могут существовать в сложном, многослойном орнаментальном контексте. Так что да, мы готовы к новому «принтованному» высказыванию, и это будет красивая, наполненная смыслами история.
Яна Бельская — основательница Bjanka Silk
В каталоге бренда представлен крепеж для экспонирования шелкового платка. В таком случае изделие в прямом смысле становится арт-объектом и может висеть вместо картины на стене.
Насколько, по вашим наблюдениям, это частая практика? Или все-таки изделие в основном приобретают для первичной цели (как аксессуар)?
Крепеж для экспонирования появился как логичное продолжение идеи: шелковый платок — это не только аксессуар, но и полноценный арт-объект. Если быть честными, система крепежей, которая не повреждает платок, во многом родилась из запроса наших постоянных клиентов.
В каталоге бренда представлен крепеж для экспонирования шелкового платка. В таком случае изделие в прямом смысле становится арт-объектом и может висеть вместо картины на стене.
Насколько, по вашим наблюдениям, это частая практика? Или все-таки изделие в основном приобретают для первичной цели (как аксессуар)?
Крепеж для экспонирования появился как логичное продолжение идеи: шелковый платок — это не только аксессуар, но и полноценный арт-объект. Если быть честными, система крепежей, которая не повреждает платок, во многом родилась из запроса наших постоянных клиентов.
Яна Бельская
По моим наблюдениям, большинство по-прежнему покупают платки как часть образа. Однако есть и более искушенные клиенты, которые понимают, что искусство — это не только музеи. Особенно популярно вешать платки в гостиной, у рабочего стола или в холле — получается очень личный, «живой», интерьерный акцент. А если платок висит так, что на него попадают солнечные лучи, переливы шелка делают интерьер по‑настоящему роскошным. Это уже совсем другой уровень потребления.
У всех платков уникальные принты: графичные и бегущие лошади, орнамент с четырехлистным клевером, абстрактная мозаика, плавающие медузы и лобстеры… Привлекаете ли вы для создания принтов художников или рисуете эскизы самостоятельно?
Все принты мы создаем сами — от первых карандашных набросков до финальной цифровой прорисовки. У нас есть штатные иллюстраторы, и каждая коллекция начинается с вопроса: «Для какой женщины мы сегодня создаем принт?». Затем мы формулируем четкий художественный язык коллекции, чтобы финальный рисунок, будь то лошади, клеверы, медузы или лобстеры, однозначно считывался и был «в стиле Bjanka Silk». Для меня важно, чтобы каждый рисунок был не просто красивым узором, а маленькой историей, которую хочется приобрести как артефакт периода жизни или настроения.
Все принты мы создаем сами — от первых карандашных набросков до финальной цифровой прорисовки. У нас есть штатные иллюстраторы, и каждая коллекция начинается с вопроса: «Для какой женщины мы сегодня создаем принт?». Затем мы формулируем четкий художественный язык коллекции, чтобы финальный рисунок, будь то лошади, клеверы, медузы или лобстеры, однозначно считывался и был «в стиле Bjanka Silk». Для меня важно, чтобы каждый рисунок был не просто красивым узором, а маленькой историей, которую хочется приобрести как артефакт периода жизни или настроения.
Наша любимая коллекция — Vogue. 12 платков соответствуют определенному месяцу и обложке журнала. Расскажите про процесс создания: где раздобыли обложки 1920 года с модными иллюстрациями (в Интернете часто плохое качество), как в целом появилась задумка?
Регулярная коллекция Vogue родилась как дань эпохе: нам хотелось отдать уважение «золотым двадцатым» спустя столетие — времени, когда женщина почувствовала себя свободной. Нам было важно не просто найти и собрать аутентичные обложки 1920-х годов, но и создать коллекцию, в которой продуманы цветовые композиции на все сезоны года. Поэтому каждая обложка была заново отрисована нашими иллюстраторами с учетом этого взгляда на целостность коллекции.
Регулярная коллекция Vogue родилась как дань эпохе: нам хотелось отдать уважение «золотым двадцатым» спустя столетие — времени, когда женщина почувствовала себя свободной. Нам было важно не просто найти и собрать аутентичные обложки 1920-х годов, но и создать коллекцию, в которой продуманы цветовые композиции на все сезоны года. Поэтому каждая обложка была заново отрисована нашими иллюстраторами с учетом этого взгляда на целостность коллекции.
Каждый из 12 платков отвечает настроению определенного месяца: где‑то это легкость весеннего ветра, где‑то — графичная зимняя строгость. Но везде чувствуются дух эпохи и женственность, которую тогда воспевала мода. Так платки превратились в своеобразный календарь стиля: можно выбрать месяц по дате рождения, настроению или по той истории, которая сильнее всего откликается внутри.
В этом году мы также возобновили услугу подписки на коллекцию Vogue Golden 20th: ее можно оформить единоразово и в течение года каждый месяц получать новый платок (как когда-то мы ждали выхода печатного журнала). Это потрясающий подарок женщине, у которой, кажется, уже все есть.
В этом году мы также возобновили услугу подписки на коллекцию Vogue Golden 20th: ее можно оформить единоразово и в течение года каждый месяц получать новый платок (как когда-то мы ждали выхода печатного журнала). Это потрясающий подарок женщине, у которой, кажется, уже все есть.
Фото: архивы пресс-служб
Текст: Анастасия Баранова
Текст: Анастасия Баранова
Статьи раздела «Выбор»